Аннотация

«…Сюжет картины был такой: сидит сатана и учит курить вино, а в деталях были изображены разорения и бедствия, которые приносит перевод сытного хлеба на пьяный спирт, и возникающее отсюда пьянство, разврат и преступления, и „сини очи подбиты, и увечья“, – словом, все то, что видели и что отмечали в своих сочинениях Кирилл Туровский и Кирилл Белозерский…»

Аннотация

В этот сборник вошли повести, написанные Чеховым в плодотворный и во многом переломный для его творчества период 1880–1890-х гг. В них молодой писатель, уже лишившийся юношеского оптимизма, а впоследствии достигший спокойной и ироничной умудренности зрелых лет, открыл для себя тему, которая стала для него главной, – тему русской интеллигенции. Любовь и профессиональная деятельность, отношения с людьми, родительские чувства и попытки обрести смысл существования – все это для героев его повестей становится поводом для сложного и беспощадного самоанализа.

Аннотация

Статья Лескова представляет интерес в нескольких отношениях. Прежде всего, это – одно из первых по времени свидетельств увлечения писателя Прологами как художественным материалом. Вместе с тем в статье этой писатель, также едва ли не впервые, открыто заявляет о полном своем сочувствии Л. Н. Толстому в его этико-философских и религиозных исканиях, о своем согласии с ним, в частности по вопросу о «направлении» его «простонародных рассказов», отнюдь не «вредном», как заявляла реакционная, ортодоксально-православная критика, но основанном на сочинениях, издавна принятых христианской церковью.

Аннотация

«…Небольшое село Колотовка, принадлежавшее некогда помещице, за лихой и бойкий нрав прозванной в околотке Стрыганихой (настоящее имя ее осталось неизвестным), а ныне состоящее за каким-то петербургским немцем, лежит на скате голого холма, сверху донизу рассеченного страшным оврагом, который, зияя как бездна, вьется, разрытый и размытый по самой середине улицы и пуще реки, – через реку можно по крайней мере навести мост – разделяет обе стороны бедной деревушки…»

Аннотация

Предлагаем вашему вниманию рассказ русского писателя Николая Лейкина, автора знаменитых «Наших за границей», о его путешествии из тогдашней столицы Российской империи «по Северу дикому». Как пенял ему знакомый, всё-то вы по заграницам ездите, то летите на французскую Ривьеру, то стремитесь в Италию, колесите по Испании, разъезжаете по Турции, а ни разу на Север не заглянете. А теперь Север в моде. «Мысль совершить прогулку на Север укрепилась во мне, и я решил нынешним же летом испытать два пути в Архангельск – водный и железнодорожный. К тому же в книжных магазинах появился в продаже „Путеводитель по северу России“…» Юмористическое описание поездки в Архангельск как всегда блистательно прочитал Станислав Федосов.

Аннотация

«Никита Никитич Рулев был женат два раза и имел двух сыновей. Старшего (от первого брака) звали Андреем Никитичем, а младшего (от второго) Степаном Никитичем. Старик Рулев сначала был крестьянином и пахал землю; потом был забран в солдаты и исполнял свою обязанность очень усердно: из сражений он вынес одиннадцать ран и капитанский мундир. Старик был умен, храбр и очень силен. Рулев младший, имея и мать довольно умную, да притом родившись совершенно здоровым, не имел никаких резонов выйти дураком, тем больше что и жизнь с самого начала повела его не к апатии, а к усиленной мозговой деятельности. Отец не вмешивался в развитие младшего сына, потому что не любил его, а благодаря матери Рулева младшего действовал на ребенка другой, в то время в высшей степени полезный и редкий человек…»

Аннотация

«… Больной задышал, и доктору показалось, что в амбулатории заиграл граммофон. – Ого! – воскликнул доктор. – Здорово! Температура как? – Градусов 70, – ответил больной, кашляя доктору на халат. …»

Аннотация

«В Баку я был дважды: в 1892 и в 1897 годах. Нефтяные промысла остались в памяти моей гениально сделанной картиной мрачного ада. Эта картина подавляла все знакомые мне фантастические выдумки устрашённого разума, все попытки проповедников терпения и кротости ужаснуть человека жизнью с чертями, в котлах кипящей смолы, в неугасимом пламени адовом. Я – не шучу. Впечатление было ошеломляющее…»

Аннотация

«В саду, вокруг берёз, гудя, летали жуки, бондарь работал на соседнем дворе, где-то близко точили ножи; за садом, в овраге, шумно возились ребятишки, путаясь среди густых кустов. Очень манило на волю, вечерняя грусть вливалась в сердце…»