Скачать книгу

1" type="note">[1]. У этой книги две особенности. Во-первых, это исследовательский метод микроисторического подхода, заключающийся во внимательном изучении исторических источников, что, в свою очередь, позволяет пролить свет на важные проблемы истории России раннего Нового времени – политическую власть, социальную организацию и менталитет. Я выбрала такой подход, чтобы выйти за рамки генерализирующих обобщений о русском самодержавии и посмотреть на взаимодействие индивидов и сообществ с государством. Во-вторых, книга помещает Россию в компаративный контекст Европы раннего Нового времени, пытаясь увидеть российскую историю как часть общеевропейского континуума раннего Нового времени и «нормализовать» ее. Конечно, в том, что касается норм уголовного права, московские законодательные кодексы и практики принадлежат к традиции европейского обычного права и обновленным традициям возрожденного римского права. Сходства и различия в правовых практиках проливают свет на весь европейский опыт законодательных изменений.

      После выхода книги в свет появился ряд других исследований, в которых использовался такой же подход и которые дополнили наше понимание российского законодательства. Так, к примеру, в книге Вэлери Кивельсон «Desparate Magic» (2013) рассматривается колдовство в Московской Руси в компаративном и теоретическом аспектах (колдовство как европейский социальный феномен этого времени) и исследуются обвинения в колдовстве в России раннего Нового времени в контексте крепостного права и самодержавия. В книгах В.В. Бовыкина «Русская земля и государство» (2014) и В.А. Аракчеева «Власть и „земля“» (2014) наряду со многими другими использованы местные источники для обновления нашего понимания того, как местные сообщества относились к государству, как динамично они с ним взаимодействовали и насколько государство зависело от первичной организации местных сообществ. Поскольку сохранилось множество судебных дел местных и более высокого уровня уголовных судов XVII, а в особенности XVIII века, у исследователей имеются широкие возможности по углублению нашего понимания русского общества и политики путем изучения практики применения законов[2].

      Для такой большой книги, вероятно, будет полезно перечислить рассматриваемые в ней темы и основные выводы. В «Преступлении и наказании в России раннего Нового времени» изучается практика применения уголовного права путем анализа судебных дел. Основу источниковой базы составляют десятки дел по регионам Белоозера и Арзамаса, которые дополняют сотни дел, указов и судебных документов за весь XVII – начало XVIII века. Все эти дела демонстрируют разнообразие России, включая русских, татар, народы Сибири и европейцев; крепостных, горожан и служилых людей; православных, католиков, мусульман и язычников. Книга фокусируется на уголовном праве, которое в Московском государстве включало и наиболее важные уголовные преступления – разбой, татьбы, убийства, поджоги, оскорбления – и политические преступления, в том числе действия против церкви и государства, – измену, бунт, ересь и колдовство. Хронология книги охватывает период с XV века до начала XVIII века: законодательные кодексы появляются в середине XV века, а судебные дела сохранились лишь с начала XVII века. Буква закона сравнивается в книге с его применением на практике и продолжает исследование в XVIII век, чтобы выяснить, существенно ли изменили реформы Петра I содержание и практику правоприменения (не изменили). Первая половина книги посвящена судебной практике – составу судей, судебной процедуре, доказательству и судебной пытке, приговорам, независимости судей и коррупции среди них. Во второй исследуются телесные наказания и казни, а также сопротивление государству.

      Вероятно, наиболее важным выводом книги является то, что в течение всего Московского периода и в петровское время Россия обладала судебной культурой, во многом сопоставимой с судебной культурой ряда стран Европы. Уголовное право было воплощено в письменных кодексах (1497, 1550, 1589, 1649 годов) и множестве указов, которые распространялись Разбойным и другими московскими приказами среди местных судей, функции которых исполняли воеводы. Судьи следовали предписанным судебным процедурам и наказаниям; практика уголовного законодательства была постоянной и непротиворечивой. Конечно, существовали проблемы, связанные с затягиванием процессов, а также коррумпированностью судей и судебного персонала (глава 4), но эти слабости системы не приводили к ее параличу, и многие тяжущиеся находили в суде удовлетворение своих претензий.

      Важной темой, рассматриваемой в книге, является профессионализм судейских: кто обладал необходимыми знаниями в отсутствие профессиональных юристов и в то время, когда судьями были военные, не имевшие никакой юридической подготовки? В книге доказывается (глава 2), что незаметными героями истории русского права были дьяки, получившие профессиональную подготовку в московских приказах. Поднаторевшие в законах дьяки и подьячие направляли деятельность местных судей (воевод), следя за тем, чтобы процедуры и приговоры были однообразными и справедливыми. В книге также показано (главы 8 и 12), что в правление Петра I, когда судебные органы были на короткое время отделены от административных, судьи также выработали необходимые знания и суды работали очень профессионально.

      В книге рассматривается

Скачать книгу


<p>2</p>

Kivelson V.A. Desperate Magic: The Moral Economy of Witchcraft in Seventeenth-Century Russia. Ithaca: Cornell University Press, 2013; Бовыкин В.В. Русская земля и государство в эпоху Ивана Грозного. Очерки по истории местного самоуправления в XVI в. СПб.: Дмитрий Буланин, 2014; Аракчеев В.А. Власть и «земля». Правительственная политика в отношении тяглых сословий в России второй половины XVI – начала XVII века. М.: Древлехранилище, 2014.