Скачать книгу

памяти всех родственников, знакомых, когда-либо встреченных, после чего новоиспеченному укротителю демонов присваивалось имя ложное. Обычно произвольное, из готового списка.

      Туман коснулся шеи Графа, оставляя на волосах россыпь капель и запуская по телу волну мурашек.

      – Позволяю тебе спрашивать, – Ламашту отстранилась. Путь к сердцу этого демона без сомнения лежал через желудок.

      Граф встал, наконец.

      – Ты чуешь смерть? Расскажи мне: как это было сделано?

      Ламашту принюхалась, будто псина.

      – Сдаётся мне, Кацпер, – гаркнула вдруг она густым мужицким басом, – что князь Богория не друг нам. Никому веры нет, брат мой! На тебя одного уповаю! Кацпер?.. – свист металла, короткий вскрик, полный боли. – Ка-цпер!.. Пре… да… тель…

      Граф растерянно посмотрел на оторопевшего Тобиаша.

      – Как будто она промахнулась годиков на триста-четыреста, – пожал плечами священник.

      – Ламашту! – прервал предсмертный стон Граф. – Я спрашиваю, как была убита эта женщина, – он указал на лежащую на ступенях.

      Демоница тут же изменилась в лице, сквасилась, словно сейчас заплачет. На этот раз она воскликнула голосом высоким и девичьим:

      – Скотина, ненавижу тебя! Предатель! Лжец! Будь ты проклят, Ян! – из алмазных глаз градом хлынули слезы. – Ты обещал мне! Обещал! Ты не имеешь права меня о таком просить! Я устала, черт, я так устала! Я всё расскажу, пусть она знает!.. – мгновение – и Ламашту перекосило от ужаса. Она задышала громко и сбивчиво. – Помогите! Помо!.. – в горле её чавкнуло, демоница страшно захрипела, закрутила головой.

      Граф знал, что сейчас он слышит последние мгновения угасающей жизни.

      Девушка умирала долго и мучительно. То затихала, то снова начинала сдавленно стонать и мокро сипеть. Её душили, а она то отрывисто мяукала, как несчастный котенок, когда хватка убийцы чуть ослабевала, то нечеловечески хрипло взвизгивала, булькая и задыхаясь. Нет, от людей такие звуки в обычной жизни услышать невозможно. Полным животного ужаса голосом она то молила о пощаде, то звала мать.

      Граф дотронулся до собственной шеи, ослабил узел галстука. Воздуха стало не хватать, а горло сдавило тошнотворным спазмом. Краем глаза он взглянул на священника. Тот плакал. Сжимал у груди розарий, теребил его пальцами, а слезы катились по его лицу, падая на чёрную рубашку. Граф впитывал леденящие звуки, ясно осознавая, что они ещё очень долго будут преследовать его во снах. Одно дело – видеть труп. Уже безжизненную оболочку, результат насилия. Да, ужасно, но все же оно воспринимается больше как материал, ключ к поимке мудочеллы, который это совершил. Совсем другое – в реальном времени слушать, как убивают человека и… быть неспособным что-либо изменить.

      Наконец Ламашту заскулила еле слышно и затихла. Лицо её вновь стало непроницаемо-спокойным.

      – Хо-хорошо, – Граф потер переносицу, собирая себя, разбившегося вдребезги после всего услышанного, в более-менее оформленную кучку. – Я понял. Теперь второй вопрос. Зачем?

      Ламашту

Скачать книгу