ТОП просматриваемых книг сайта:
Иов. Григорий Трестман
Читать онлайн.Название Иов
Год выпуска 0
isbn
Автор произведения Григорий Трестман
Жанр Поэзия
Издательство НП «Центр современной литературы»
Однако первые услышанные мной стихи Вени для меня стали потрясением:
«Я мертвых за разлуку не корю,
И на кладби́ще не дрожу от страха, —
Но матери я тихо говорю,
Что снова в дырах нижняя рубаха.
И мать встает из гроба на часок,
Берет с собой иголку и моток,
И забывает горестные даты,
И отрывает савана кусок
На старые домашние заплаты».
Сейчас эти пронзительные строки знают все, кому поэзия Вениамина Блаженного небезразлична. Но в ту пору Веня еще не был «Блаженным» и даже не догадывался об этом. Несколько позже его окрестил этим удачным псевдонимом московский поэт Григорий Корин…
«Вы пьете водку?» – деликатно спросил Веня, когда я оказался в его квартире.
«По градусу, после Ваших стихов пить водку – оскорбление, – пошутил я, – только спирт!»
Надо сказать, что стоило переступить порог айзенштадтовского жилища, и тебя тут же переполнял концентрированный дух Вениной гениальности. И водка в такой атмосфере и после таких стихов шла, как вода. Супруга Вени – Клавдия Тимофеевна была хлебосольной («В любой экстремальной ситуации главное – поесть!» – говорила она) и в то же время весьма подозрительной хозяйкой («У нас с Вениамином много врагов!»).
Во время Отечественной войны она потеряла ногу. С одной стороны, инвалидность доставляла ей сплошные неудобства, с другой – благодаря этому она выбила у Советской власти все мыслимые и немыслимые льготы – от весьма приличной квартиры чуть ли не в центре города до легковой машины с гаражом.
Без нее Веня не протянул бы и половины отпущенного ему срока. А с Клавдией Тимофеевной ему была не страшна никакая Советская власть, его жена, в конечном счете, выигрывала любое сражение – и с жизнью, и с административными органами.
Вначале Клавдия Тимофеевна посмотрела на меня настороженно, потом отвернулась, словно что-то про себя просчитывала и взвешивала, наконец улыбнулась и достала из холодильника очередную бутылку.
Так начался мой «медовый месяц» с Веней.
Я бывал у него часто, может быть, непозволительно часто. В свое оправдание скажу, что они с супругой жаловались на одиночество и все время звали в гости. Обычно я, наученный горьким опытом общения и близкой дружбы с талантливыми людьми, держал чуткую дистанцию. А тут – то ли бес попутал, то ли опыт забылся… Предупреждал же Мопассан, что неосторожные души при попытке сблизиться лишь ударятся друг о друга… Жизненная откровенность Вени снижала градус стихотворного интима. Я в первый же вечер узнал, что у них с Клавдией есть родственники, но они только и ждут, чтобы Веня с Клавдией умерли: как же – наследство! А какое там наследство? Квартира, гараж, машина. Ну, еще кое-что… Кстати, Гриша, вы водите машину? а то Клавдия без ноги, ей трудно. Мы бы вместе ездили…
Что же касается стихов – Веня не сомневался, что он – гений. Бывают, конечно, талантливые