ТОП просматриваемых книг сайта:
Блог-Note. Спонтанные записи в отсутствие голых женщин. Абросимов
Читать онлайн.Название Блог-Note. Спонтанные записи в отсутствие голых женщин
Год выпуска 0
isbn 9785448354601
Автор произведения Абросимов
Жанр Юмор: прочее
Издательство Издательские решения
Чтобы не упасть, девочки схватились друг за друга. Убеждён, с того момента дальнейшие судьбы их необратимо покоробило.
О, эти лица! Если б впоследствии хоть какая-нибудь из партнёрш так бы отнеслась. Но нет, нет… С тех пор «всё тянутся передо мной глухие, кривые, окольные тропы…».
Любое хорошее определение характерно тем, что из него, так сказать, слова не выкинешь. Другое дело, что отвлечённая дефиниция имеет меньшую ценность, если избегает личного применения к потребителю. Не касается его жизни, понятийного аппарата и чувственных рецепторов.
Процесс обоюдоостёр. «Не знаешь, о чём писать – пиши о себе». Есть и второй вариант, по сути имманентный первому: пиши о том, что лучше всего знаешь. Столь ловким ходом трудно пренебречь, поскольку он действенен по отношению к обеим сторонам автора. И плотской, и надмирной. Атеисты – люди, в которых пока что ещё не била молния – конечно, нам возразят. Но подлинно упёртых атеистов среди творцов исчезающе мало. У большинства неверие – скорее, причудливый сублимат эгоизма, лукавства и прочих уловок, идущих, прежде всего, от провоцирующей гордыни.
Итак.
Стартовый коктейль реального с ирреальным автору этих строк удалось отведать в нежнейшем детстве. Когда воспитующая babushka – женщина с образованием три дня – рассказывала очередную сказку собственного изготовления. Сама будучи жертвой, познавшей симбиоз «чего-то с чем-то» (в данном случае, города с деревней), она славилась топорностью мысли и быстрой утомляемостью. Неудивительно, что декламация по ходу повествования завершилась буквальным погружением в сон. Последние членораздельные слова, произнесённые воспитательницей, получились такими:
– Коза пошла в… в милицию… дали… лошадь…
Дальнейшие события поглотил лавинообразно нарастающий храп.
Хм… Атрибутика вроде привычная: коза, лошадь… Но милиция! Сама пошла. В застенок страшный. И что получила?
Рецепторного инструментария никакого, семантической выучки ещё меньше. Ребёнок! Оставалось только дивиться и мотать на несуществующий ус.
Несколько позже была изучена грамота, привита любовь к самостоятельному чтению. В руки попался Кэролл со всеми своими Алисами. Но это ещё ладно! Причудливостью иллюстраций, чехардой шрифтов, паранормальностью вёрстки издание создавало ошеломляющий кумулятивный эффект, возносящий на совсем уж небывалую высоту те вывихи и кульбиты текстового изложения, которые вряд ли здесь имеет смысл перечислять.
С самого раннего детства ярким конкурентом печатному слову служила музыка. И не сказать, чтобы так уж много достойных образцов для запоминания попадалось. Зато каждую из найденных вещей память удерживала надолго. Помню инфернальный, закольцованный смех у Pink Floyd, пугающий даже при свете дня. Рок-опера Рыбникова «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты» производила впечатление диапазоном смыслов и способов театрализации подачи. Хотя куда большую виртуозность на том же поприще являл альбом Тухманова «По волне