ТОП просматриваемых книг сайта:
SOLNЦЕЛЮБ. Шесть повестей для кино. Порфирий Лавров
Читать онлайн.Название SOLNЦЕЛЮБ. Шесть повестей для кино
Год выпуска 0
isbn
Автор произведения Порфирий Лавров
Жанр Современная русская литература
Издательство Стрельбицький Дмитрий Майєвич
Но только к вечеру следующего дня будто поутихло немного, посветлело, – и озверевший уже Дмитрий Павлович (драка с Юрой состоялась как раз этой ночью) ринулся на Объект.
Дождика почти что даже и не было в тот момент.
Дмитрий Павлович уже кинокамеру закрепил, проверил еще раз, для верности, рамку кадра, уже надел сверху крышку бокса, уже второй винт докручивал, – когда совсем рядом ударила молния. Несильная такая, знаете, молния – но рядом! Дмитрий Павлович даже вздрогнул, покосился на громоотводы, черными спичками торчавшие вокруг Изделия, – и вдруг почувствовал что-то неладное с волосами: будто кто-то ласковый, но и настойчивый, ерошил его седоватые кудри. (Будто бы Лейла-буфетчица!) Дмитрий Павлович даже оглянулся – а вдруг? Сашок тоже посмотрел туда, куда и Митрич, но тоже Лейлы там не увидел. (Сам он рядом стоял, помогал: держал раскрытый зонт над боксом с кинокамерой – от дождя.)
В той стороне, там, куда оба они поглядели, невысоко над землей, недалеко, метрах в десяти, висел в воздухе без посторонней помощи и светился собственным светом шар размером с десятикиловаттную лампу от кинопрожектора КПЛ-10 (у него еще диаметр линзы пятьдесят сантиметров, и поэтому их «полтинниками» называют) – висел и раздумывал, а Дмитрий Павлович все про лампу и кинопрожектор – нужны они ему тыщу лет! – думал, что из этих ламп хорошие аквариумы получаются (сроду у него никаких аквариумов не было!), если их умело разрезать…
При чем тут аквариумы?!
Белый шар раздумывал, куда бы податься?
Дмитрий Павлович вдруг ощутил на лице движение воздуха и понял, что это ветер и что этот ветерок дует как раз в их сторону, как бы подсказывая шарику направление, и увидел, как эта белая тварь вроде бы даже его слушается и трогается с места!
Тут надо сознаться, что Дмитрий Павлович смалодушничал: он страсть как захотел, чтобы шар полетел в какую угодно сторону, только не на него.
А через секунду уже «оченно» в этом раскаивался!
Он раскаивался (это не совсем верное слово – «раскаивался», слишком мягкое), – Дмитрий Павлович раскаивался, потому что шар, будто вняв его горячей просьбе, изменил курс и рванул прямиком к Изделию, сокрушая все на своем пути с громким треском, сверканием и дымом – как бы для добавочного устрашения.
Через неделю дорожку эту проследят по искореженной боевой технике – и технику эту в срочном порядке заменят новой. Но кто проследит путь, оставленный в душе? Тем более что заменить ее нечем! Но это – через неделю.