ТОП просматриваемых книг сайта:
Тёщина дорожка. Андрей Недельский
Читать онлайн.Название Тёщина дорожка
Год выпуска 0
isbn 9785447478247
Автор произведения Андрей Недельский
Жанр Юмор: прочее
Издательство Издательские решения
Света выпучила глаза, но ответ её не заставил себя ждать.
– Фак ю! Ду ю ноу вот ит минз, мистер?
Этого я не понял; действительно, шпрехает, и весьма бойко. Снова нужно было менять тему.
– Свет, ты здесь, говорят, всё лето. Никто не проведывает три месяца. Не трудно одной быть всё это время?
– Неа. Я, типа, привыкла. Я, как это… Сэлф-суфиш… Ах, да: самодостаточная личность.
– Послушай, самодостаточная личность, а братья-сёстры у тебя есть?
– Неа. Изготовлена в единственном, неповторимом экземпляре.
– Ну, и кто же тебя такую изготовил? Кто твои родители?
Она тут же взъерошилась.
– Это не ваше дело. Вообще, я с мамой живу.
– А папа что?
– Чё вы ко мне привязались? Папа, шмапа. Всё вам знать надо. Вы случайно не из КГБ?
Она вскочила и убежала.
На следующее утро, ещё перед завтраком, Шумейко снова заявилась ко мне в медпункт. На этот раз вела она себя иначе, была серьёзна и даже важна. В этот раз визит её был вполне официальным – у завидной невесты обнаружилось недомогание. Дело было нешуточное: на самодостаточную личность напала икота. По словам Светы, этот досадный недуг начинался у неё всякий раз после утреннего звука горна. То и дело вздрагивая и попискивая от подступающих иков, Света произнесла гневную речь против горна: это-де бесчеловечно, будить детей утром таким убогим, примитивным инструментом. От утренней побудки зависит, как сложится весь день, и утро, начатое таким жалким образом, бросает тень недалёкости на все грядущие двенадцать часов. Это как минимум. Даже лошадей не будят горном! Последнее заявление Шумейко сделала, гневно сверкая глазами, дёргаясь от распиравшей её икоты, морщась от отвращения. Когда я заметил, что лошадей будить не нужно, они всегда сами просыпаются, она очень удивилась.
– Как это, сами-ик! просыпаются? Ик!
– Очень просто: заходишь утром в конюшню, и они или уже стоят и смотрят, или тут же поднимаются на ноги, если спали на полу, на сене. Иногда ещё и ржут при этом.
– А вы, ик! Откуда знаете?
– Когда-то ухаживал за животными.
– Круто! Ик! На ферме, что ли? Ик!
– Неважно.
Немного подумав, Света сказала, что это дела не меняет: всё равно горн – ужасная гадость. Я обратил её внимание, что этой гадостью людей будят уже тысячи лет – и не только пионеров, но и солдат, студентов в стройлагерях – и до неё никто не жаловался.
– Мало ли что люди терп-ик! -ели! Костры инк-ик! -визиции, разные четвертования, ик! И прочие гарроты! Ик!
– Почему ты думаешь, что твоя икота от горна?
– А отчего же, ик! ещё? Только этот недоумок продуди-ик! в свою дудку, я тут же ик! -каю. Каждый день, практ-ик! -чески.
Короче, – завершила свою прерывистую речь Шумейко, – горн не сближает. Я спросил Свету, что же её сближает? Как бы она хотела, чтобы её пробуждали утром? Лучше всего, отвечала девчонка, – дёргаясь, крякая и порой даже всхлипывая, – было бы запускать по радио какую-нибудь классическую джазовую мелодию,