ТОП просматриваемых книг сайта:
Мария. Юрий Владимирович Манусов
Читать онлайн.Название Мария
Год выпуска 2023
isbn
Автор произведения Юрий Владимирович Манусов
Издательство Автор
Я мечтал о дочери. Даже имя придумал – Ярославна. Придумал задолго до женитьбы, а когда женился, и жена шепнула мне, что станет мамой, крепко обнял её и выдохнул: «Хочу Ярославну». В ответ услышал: «Ладно».
Честно говоря, создание семьи не входило в мои ближайшие планы, но, как не уставала повторять моя бабушка, от судьбы не убежишь.
Судьбоносное лето началось с вздоха облегчения: пять лет учёбы в вузе окончены. Получен диплом радиоинженера, да встречен хмельной рассвет после выпускного вечера, где всходившее над Старым Днепром солнце возвещало о начале новой, казавшейся вечной, жизни. Радость приумножил маленький земной эдем под названием пионерлагерь, в котором каждый год бессменная начальница встречала меня восторженными словами: «Не найти лучшего вожатого на всём побережье Азовского моря». Не спорил, ведь вожатыми работали сплошь девушки. Теперь чаша весов дрогнула. Получив добро у начальницы, я привёз в лагерь двух своих студенческих друзей: Володю, высокого стройного брюнета, интеллигента высшей пробы, и Михаила, носителя роскошных усов и видавшей виды гитары.
С Володей мы познакомились на вступительных экзаменах. Зашёл разговор о модернизме, с тех пор нас не разлить водой. А вот дружба с Мишей завязалась на почве кинолюбительства. Не просто дружба, родился творческий союз, оказавшийся даровитым. Снятые нами фильмы легко побеждали на институтских смотрах художественной самодеятельности. Но лично для меня кино являлось не просто увлечением. С юности видел себя кинорежиссёром и, получив аттестат зрелости, ринулся поступать в институт кинематографии. Увы, оказался недостаточно зрелым. Зрелости добавила армия, но одновременно заворожила и новейшей электроникой, азы которой я постиг ещё в школе. После демобилизации задался вопросом: гнаться за кинематографическим журавлём или иметь в руке инженерную синицу? Склонился к синице, однако не прекращал смотреть на мир через глазок кинокамеры. Впечатления накапливались, рождались образы, вызревали замыслы, и теперь, когда синица была приручена, погнаться за журавлём ничего не мешало.
О, злосчастный рок! Оказавшись с друзьями в своём пионерском рае, я потерял рассудок от выпускницы хореографического училища, приехавшей в лагерь вести танцевальный кружок. Боже мой, и она оказалась ко мне неравнодушна. Друзья считали моё увлечение блажью, мол, уедем, и всё забудется. Сам так думал, однако смена кончилась, мы растерянно смотрели друг на друга и не в силах были поверить, что расстаёмся навсегда: танцовщицу ждал дома партнёр, сделавший ей накануне предложение, а меня ждал институт кинематографии, в который ещё надо было поступить.
Обнялись на прощание, в глазах слёзы, дети потянулись к автобусам, а наши ноги словно приросли к земле.
Вдруг осенило: партнёр никуда не денется, сбежим к моей бабушке, и хоть немного, да побудем вместе.
Глянув на свою избранницу, с надеждой спросил:
– Полетишь со мной?
Она согласно кивнула, даже не поинтересовавшись – куда?
Бабушка жила в старом тбилисском дворике в двухэтажном строении с густо увитыми виноградом верандами, отчего в её комнате, расположенной в нижнем этаже, постоянно не хватало света. Именно сюда принесла меня мама после роддома.
Имя бабушки – Мария. Бабушка не всегда жила в этой полутёмной комнате с верандой. Родилась она в княжеском доме, построенном ещё её прадедом, в нём выросла, в нём стала женой, матерью, родила пятерых детей, двое из которых умерли в младенчестве. Судьба не пощадила и мужа бабушки. Человек независимый, он не приглянулся советской власти, зато представителям этой власти приглянулся дом бабушки.
Вдове оставили пристройку, но жить бок о бок с каином она не пожелала. Дворник нашёл ей пустовавшую после наводнения комнату, куда она и перебралась с двумя своими сыновьями и младшенькой Олей, моей мамой. Из вещей Мария перевезла семейный комод, сработанный краснодеревщиками ещё сто лет назад, шкаф с одеждой, стол со стульями, три сундука с книгами и свою кормилицу – швейную машинку. Бабушка обшивала богатых заказчиков, и они, к счастью, не потерялись. Дети не голодали, были одеты и обуты.
Когда моя мама встретила моего папу, её братьев в комнате уже не было. Один обзавёлся семьёй, второго забрала война. Воевал и мой папа, которого звали Вова. Молоденьким лейтенантом он оборонял от немцев Кавказ и после войны продолжил службу в Тбилиси. Познакомились мои будущие родители на физкультурном параде. Оба спортсмены, оба шагали в одной колонне. После свадьбы Вова оставил казарму и перебрался к Оле. Через год родился я, а через три года, когда мама стала носить под сердцем второго ребёнка, папа демобилизовался и повёз жену на свою родину в провинциальный украинский городок. Городок славился построенным ещё в первую советскую пятилетку дизелестроительным заводом, на котором отец папы работал начальником планового отдела. От завода он получил трёхкомнатную квартиру и жил в ней со своей женой, младшим сыном и тёщей. Теперь к ним прибавились мои родители.
Меня временно оставили