ТОП просматриваемых книг сайта:
Йарахонг. Город тысячи храмов. Наталья Гунина
Читать онлайн.Название Йарахонг. Город тысячи храмов
Год выпуска 2023
isbn
Автор произведения Наталья Гунина
Издательство Автор
«Убийство», – бормотали каменные барельефы.
«Убийство!» – судачили паломники и послушники.
Это вам не благочестивая кончина от старческой немощи, хворобы или милосердного яда. Смерть заявила о себе вульгарно и зримо. Труп бесстыдно раскинулся на краю базарной площади рядом с фруктовым прилавком, залив мостовую и рассыпанные фиги кровью из рассеченной груди.
Через четверть часа Игнасий, молодой жрец храма Истины Всебесцветного Яэ, был там. Над телом бесновался старик-служитель Ахиррата, бога пророчеств. Толпа впечатленно глазела.
– Истину глашу вам! Кровь пролилась на землю града! Кровь! Поправ законы божеские и людские! Древние соглашения падут! Пламя и кровь завладеют градом! Пламя и кровь! Пламя!
С последним выкриком старик плашмя рухнул на труп, содрогаясь в рыданиях. Игнасий выждал немного времени, подошел к пророку и тронул за плечо. Тот встал, будто проснулся. Глаза его были сухими и горели фанатичным огнем, рот кривился в усмешке. Старик пошатнулся, будто пьяный, и побрëл прочь. Кровь густо покрывала рукава и полы вышитого лилового балахона. Толпа расступилась перед ним и сомкнулась за спиной.
Игнасий провожал пророка взглядом до тех пор, пока тот не скрылся за людьми. Затем натянул тонкие хлопковые, с примесью паучьей нити, перчатки и проговорил полушепотом:
– Всебесцветный Яэ, дай проницательности понять истину. Дай зоркости разглядеть, что случилось.
Игнасий ощутил легкое нетерпение с долей любопытства, исходившее от средоточия – места в груди, где связь с богом ощущалась ближе всего. Зрение и мысли прояснилось. Детали стали чётче.
Разрез на теле выглядел ровным и глубоким. Нечто рассекло грудину от левой ключицы до нижних ребер. Удар, несмотря на изрядный рост погибшего, нанесли сверху вниз. В ране проглядывали края белых чисто срезанных косточек. От испятнанных одежд смердело кровью и вином. Игнасий сглотнул слюну, подавляя тошноту, и продолжил осмотр. В поясной суме нашелся пучок тонких окрашенных красным свеч. Чуть в стороне поблёскивал отлетевший медальон с угловатым кристалликом, знак богини Тимарет. Там же, неподалёку от тела, в мостовой осталась щербинка. Как будто что-то пролетело насквозь через падающее тело, воткнулось в камень, а потом исчезло.
Игнасий выпрямился. Негромкий говор толпы сливался в единое целое, как шум воды в ручье, как галочьи крики. Если прислушаться, можно было разобрать отдельные фразы.
– О милосердные боги, ужас-то какой.
– За что ей такое испытание? Бедняжка, молоденькая совсем. Увидать такое.
– А вот при Сианэ-плодородии такого не было, и при Име-дожде, и при…
– Да при чем тут Има. Он тоже не знал наперед, что будет. Вот бы нам…
– Верно говорили, год несчастий. Как начался паршиво, так всё хуже и хуже. То град, то вот смертоубийство это.
– Эх, фиги-то, фиги пропадают!
– Он говорил: кровь. Кровь и пламя. Это всё неспроста.
– И ни ветерка. Спит Инаш-ветер, что ли? А тут такое.
– Да что он сделает?
– Фиги валяются. Сладкие небось. Ишь, раскидали.
Крупная черная галка подлетела, клюнула лиловый бок откатившегося плода и тут же, кем-то испуганная, поднялась на крыло. Скоро слетятся и другие.
Послушница храма торговли всё еще была здесь, сидела на широких ступенях. Игнасий опознал ее по дрожащим пальцам, комкающим платок, по заплаканному лицу, пошедшему красными пятнами. Он присел рядом, заглянув в опухшие от слез глаза.
– Как ты нашла его? Расскажи.
Женщина поморгала, будто не вполне понимая, где находится. Потом все-таки заговорила.
– Я… я услышала звук, – голос был отрешенным, безучастным, – я подумала, кто-то споткнулся и упал. Подбегаю помочь, а он… лежит, – послушница застыла, уставившись в одну точку.
– Ты видела кого-то рядом? Шаги? Голоса?
Женщина молчала. Игнасий щелкнул пальцами, привлекая ее внимание, и повторил вопрос.
– Нет. Не знаю. Не знаю, – она замотала головой и скрючилась, спрятав лицо в коленях, – кровь, везде кровь. Блеск и кровь, – бормотание было таким тихим, что Игнасий едва разбирал слова.
– Какой блеск, откуда? Расскажи. Что блестело? – Игнасий подался к ней и потряс за плечо.
Женщина молчала.
– Хватит вопросов. Тебе лучше уйти. – Жрица-целительница в желто-зеленых одеждах аккуратно, но твердо оттеснила Игнасия назад, опустилась на корточки, прикоснулась к макушке послушницы. Плечи женщины дрогнули.
– Все позади. Сейчас тебе станет лучше.
Игнасий нехотя подчинился. Целительница права. Не стоит причинять пустой вред. Он и сам все выяснит, если ему достанет на то умений и божьей милости. Возможно, люди из соседних храмов что-то видели и слышали.
Увы, но жрецы Гуа, покровительствующей утреннему зеванию, как водится, ничего не знали. Так же, как и последователи Флено, хозяина свежей выпечки. Игнасию повезло только