Скачать книгу

полёт:

      Ждёт его в конце не свет, а лёд,

      Гладкий, как озёрная вода,

      Синий, как небесная звезда.

      Слово там останется болеть

      Миллионы «не», сгорит на треть

      И потухнет утром светлячком

      В комнате с белёным потолком.

      Мы вырастаем из детства чёрными истуканами…

      Мы вырастаем из детства чёрными истуканами,

      Пахнут землёй ладони, воздух горчит полынью.

      Кто-то чужой на кухне утром гремит стаканами

      И произносит всуе до дрожи родное имя,

      Но произносит просто, словно оно из пуха,

      Словно оно из снега, тающего во рту.

      Мы привыкаем к звуку осиротевших кухонь

      И ненавидим белый, лето и глухоту.

      Полнятся жидким светом узкие коридоры,

      Сколько шагов до смерти – выучи, не забудь.

      Выросли мы из детства непоправимо скоро —

      Нам бы ещё немного, Господи, как-нибудь.

      зимой ждать лета…

      зимой ждать лета

      летом пить ромашку аптечную

      чай с малиной

      кутаться в одеяло

      чтобы вместе с по́том

      выгнать воспалённый

      болезненный

      отдающий горечью во рту

      застой слов

      Выбирала на рынке мясо…

      Выбирала на рынке мясо

      На борщ и котлеты.

      Продавец – казах – умилялся,

      Давал советы.

      Меня, говорит, русская

      Влюбила в себя борщом.

      А мясо у меня вкусное —

      Приходи ещё.

      я больше не слышу музыку…

      я больше не слышу музыку,

      не оставляю ей пустую строку.

      не надо утешения и жалости, пожалуйста:

      вы сломали иглу в проигрывателе.

      извините, мы просто хотели,

      чтобы запела разными голосами.

      мы сами выбираем пластинки

      по ярким обложкам,

      а когда начинается музыка – боже,

      это не то, не так и совсем не об этом.

      поэтому.

      «Подборка летних направлений, успей слетать, любые даты!»…

      «Подборка летних направлений, успей слетать, любые даты!» —

      Гласит письмо-реклама в почте и предлагает Геленджик.

      А я смотрю с тоской на цены: ах, это море – три зарплаты,

      А у меня – риниты, кошка, ремонт, авралы и мужик.

      И, вспоминая петергофских кричащих чаек над заливом

      И капчагайских наглых выдр, ворующих лапшу «Биг-Бон»,

      Я выключаю ноутбук, и в магазин плетусь за пивом,

      А летний город, словно море, шумит, шумит со всех сторон.

      Где мы теперь болим, просим, не говорим…

      Где мы теперь болим, просим, не говорим,

      С кем остаёмся плыть вверх по большой реке?

      Выхода к морю нет. Хочешь – вообразим.

      А повернём назад – окажемся в тупике:

      Там вырастает из сорной травы стена,

      Ревностно плющ целует жёлтые кирпичи.

      Ты не моя тоска, я не твоя жена,

      Мы друг у друга – свет, выдохни и молчи.

      Сумрак

Скачать книгу