ТОП просматриваемых книг сайта:
Габдулла Тукай и русская литература XIX века. Типологические параллели. В. Р. Аминева
Читать онлайн.Название Габдулла Тукай и русская литература XIX века. Типологические параллели
Год выпуска 2016
isbn 978-5-298-03109-7
Автор произведения В. Р. Аминева
Издательство Татарское книжное издательство
Тау башына менеп кычкырмакчы булсам,
Биек җир бит, егълырмын дип шүрләп калам130.
(Образцами мне Пушкин и Лермонтов служат.
Я помалу карабкаюсь, сердце не тужит.
До вершины добраться хочу и запеть,
Хоть посмотришь на кручу – и голову кружит131.)
Незадолго до смерти Г. Тукай признавался:
Хәзрәти Пушкин вә Лермонтов әгәр булса кояш,
Ай кебек, нурны алардан икътибас иткән бу баш132.
(Пушкин, Лермонтов – два солнца – высоко вознесены,
Я же свет их отражаю наподобие луны133.)
В то же время лирический герой Г. Тукая осознаёт уникальность и неповторимость творческой индивидуальности каждого поэта и утверждает своё право на оригинальность художественных решений:
Булмый Пушкин шигърене һич хаинанә үз итеп,
Булса да «Әлхәм» уку ул өр-яңа бер сүз итеп134.
(Пушкин, ты неподражаем, в повтореньях толку нет.
Повтори я стих Корана, был бы я тогда поэт?135)
В лирике А. С. Пушкина появляется двуголосое и стилистически трёхмерное слово, ориентированное на чужое (другое) слово136. Оно развёртывает свою семантику в бесконечных столкновениях и преображениях различных смыслов, кодов, поворотов образов и тем. В произведениях Г. Тукая доминирует «риторическое» (М. М. Бахтин) слово, т. е. одноголосое и объектное, непосредственно направленное на свой предмет и выражающее последнюю смысловую инстанцию говорящего137.
В отличие от русских поэтов, воспринимающих язык как средство самовыражения творческой личности, в лирике Г. Тукая, последовательно проводящего мысль о том, что поэт владеет истиной в готовом виде и может транслировать её читателям, складывается представление, что слово обладает неким независимым от конкретного человека существованием. Отсюда – обилие метонимических заменителей творческого дара: поэта сопровождают образы пера (каляма) («О перо!», «О нынешнем положении», «Размышления одного татарского поэта» и др.), нежного и печального саза («Разбитая надежда»). Г. Халит констатирует: «Тукай ведёт свободный разговор со своим вдохновением и поэзией». По мнению учёного, это свидетельствует о том, что «он достиг полновластья над своим духовным миром и творчеством»138.
В стихотворении «Хәзерге халемезә даир» («О нынешнем положении», 1905) утверждается священность Пера, которым написан Коран:
Каләм сәед дорыр руе зәминә,
Сәзадер сурәтен «Нүн» дә яминә139.
(А перо над миром властвует земным,
В суре «Нун» Всевышний Сам клянётся им140.)
Перо наделяется
130
Тукай Г. М. Әсәрләр : 6 томда. – 1 т. – 190 б.
131
Тукай Г. Стихотворения / пер. с татар. – С. 128.
132
Тукай Г. М. Әсәрләр : 6 томда. – 2 т. – 290 б.
133
Тукай Г. Стихотворения / пер. с татар. – С. 313.
134
Тукай Г. М. Әсәрләр : 6 томда. – 2 т. – 290 б.
135
Тукай Г. Стихотворения / пер. с татар. – С. 313.
136
Бройтман С. Н. Тайная поэтика Пушкина. – Тверь, 2002. – 110 с.
137
Бахтин М. М. Проблемы поэтики Достоевского. – М., 1972. – С. 340.
138
Халит Г. Многоликая лирика.– С. 123.
139
Тукай Г. М. Әсәрләр : 6 томда. – 1 т. – 62 б.
140
Тукай Г. Стихотворения / пер. с татар. – С. 43.