ТОП просматриваемых книг сайта:
Поэтика русской идеи в «великом пятикнижии» Ф. М. Достоевского. Олег Сыромятников
Читать онлайн.Название Поэтика русской идеи в «великом пятикнижии» Ф. М. Достоевского
Год выпуска 2014
isbn 978-5-91076-109-8
Автор произведения Олег Сыромятников
Жанр Языкознание
Осуждённый на каторгу, Раскольников не просто оказался в гуще «простого» народа, но стал равным ему. Впервые он по-настоящему близко сошёлся с теми, для кого он хотел стать мудрым и добродетельным владыкой, и вдруг обнаружил, что они нисколько в нём не нуждаются. Более того, все эти люди, несмотря на тяжкие преступления, совершённые ими, одинаково ненавидели Раскольникова, ощущая совершенно чужим себе. Открылась и причина этой ненависти: «Ты безбожник! Ты в Бога не веруешь! – кричали ему. – Убить тебя надо» [6; 419]. Но, ненавидя его, они с необычайной нежностью относились к Соне: «Матушка, Софья Семёновна, мать ты наша, нежная, болезная!» [6; 419]. В конце концов Раскольников понял, что единственное, что отделяет его от мира людей, это вера в Бога, дающая жизни смысл и надежду. Он понял, что никогда не сможет вернуться к людям, если не примет их веру как свою, и первые в жизни сознательно взял в руки Евангелие, принесённое Соней: «Эта книга принадлежала ей, была та самая, из которой она читала ему о воскресении Лазаря. В начале каторги он думал, что она замучит его религией, будет заговаривать о Евангелии и навязывать ему книги. Но, к величайшему его удивлению, она ни разу не заговаривала об этом, ни разу даже не предложила ему Евангелия. Он сам попросил его у ней незадолго до своей болезни, и она молча принесла ему книгу. До сих пор он её и не раскрывал. Он не раскрыл её и теперь, но одна мысль промелькнула в нём: «Разве могут её убеждения не быть теперь и моими убеждениями? Её чувства, её стремления, по крайней мере…»» [6; 422].
Последний оплот гордыни рухнул, и сердце Раскольникова открылось навстречу любви: «Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к её ногам. Он плакал и обнимал её колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и всё лицо её помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она всё поняла. В глазах её засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для неё уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит её и что настала же, наконец, эта минута…» [6; 421]. Раскольников «воскрес, и он знал это, чувствовал вполне всем обновившимся существом своим…» [6; 421], «вместо диалектики наступила жизнь» [6; 422]. Начало этой жизни Достоевский знаменует духовным пейзажем, восходящим к первоначальной истории человечества: «С высокого берега открывалась широкая окрестность.