Аннотация

Очень непривычный Джек Лондон, сильный, фантастический и многогранный. Один из первых постапокалиптических рассказов в истории. Старик рассказывает своим внукам-дикарям, не знающим цивилизованной жизни, как люди жили до… До того как мир поразила болезнь – алая чума… А внуки ему не верят. Так как не видели. Зато могут рассказать, кто из знакомых может с первого раза попасть в зайца и кто из них самых сильный. Потому что видели. «Алая чума» – беспощадная, пугающая антиутопия о страшной эпидемии, охватившей человечество и уносящей все новые и новые жертвы.

Аннотация

Аляска. Земля Белого безмолвия, собачьих упряжек, золотых приисков Клондайка и состояний, которые легко наживаются и столь же легко теряются. Земля, где приключения – порой веселые, но чаще смертельно опасные – давно уже стали обычной повседневной реальностью. Именно там происходит действие превосходных, увлекательных циклов рассказов Джека Лондона «Смок Беллью» и «Смок и Малыш», главным героем которых является выходец из богатой аристократической семьи, отправившийся на Север в поисках приключений и ставший одним из самых лихих парней Аляски…

Аннотация

«…Дэвид Расмунсен отличался настойчивостью и, подобно многим великим людям, был человеком одной идеи. Поэтому когда по всему свету раззвонили о находке золота на Севере, он решил заработать там кое-что на продаже яиц и всю свою энергию употребил на выполнение этого предприятия. Он все высчитал до последней мелочи, и предприятие сулило ему большие доходы. В Доусоне яйца продавались по пяти долларов за дюжину, и это было достаточной предпосылкой для того, чтобы начать дело. Отсюда неопровержимо вытекало, что только за одну тысячу дюжин яиц в этом царстве золота можно было получить пять тысяч долларов…»

Аннотация

«В старину, когда Север был еще молод, социальные и гражданские добродетели были немногочисленны и весьма просты. Когда бремя домашних забот становилось слишком тягостным и тихая грусть у камелька превращалась в непрерывный протест против мрачного одиночества, южные искатели приключений, за неимением лучшего, платили установленную цену и взамен получали туземных жен. Для женщин это было как бы предвкушением царствия небесного, так как – надо отдать справедливость белым проходимцам – они лучше обращались с женами и больше заботились о них, чем их краснокожие соперники. Белые, конечно, тоже были довольны такого рода сделкой; радовались и индейцы. Продав своих дочерей и сестер за шерстяные одеяла и устаревшие ружья, променяв свои теплые меха на тонкий коленкор и дрянной виски, дети природы скоро и беззаботно умирали от истощения и иных заболеваний, связанных с благодатью высшей цивилизации…»

Аннотация

«Я проснулся по крайней мере на час раньше обыкновенного. Это само по себе было уже очень странно, и, размышляя об этом, я пролежал в постели около часа. Я не знал, в чем дело, но чувствовал, что не все обстоит благополучно. Меня томило предчувствие чего-то ужасного, что уже произошло или должно было произойти. Но что же это было? Я старался дать себе отчет в своих ощущениях. Я вспоминал, что после землетрясения 1906 года многие рассказывали, как они проснулись за несколько минут до первого толчка с чувством безотчетного ужаса. Неужели опять Сан-Франциско постигнет такая же страшная катастрофа?…»

Аннотация

Авторский сборник «Мужская верность» (1904) относится к циклу северных рассказов, который принес Джеку Лондону большой успех и читательскую любовь. Каждая из историй рисует картину яркого и удивительного мира, где жизнь предстает во всем своем многообразии. Тяжелая борьба с суровой природой и столкновение двух миров, цивилизованного и естественного, на Клондайке становятся настоящим испытанием для личности. Одни герои стремятся к достижению успеха и не останавливаются ни перед чем, преодолевая буйство стихии, границы собственного Я и даже перешагивая через нужды окружающих. Другие – проявляют высшую степень человечности, верности и самоотречения. Насыщенное содержание, заманчивые сюжеты, романтика приключений здесь переплетаются с философской проблематикой, а психологические ситуации, в которых оказываются герои, актуальны и в наши дни.

Аннотация

«…Так как это рассказ – и притом более правдивый, чем это может показаться, – о стране золотых приисков, то заранее будут ожидать, что речь пойдет о какой-нибудь неудаче. Но это зависит, конечно, от точки зрения. Поскольку дело касается Кинка Митчелла и Хэтчину Билла, то слово «неудача», пожалуй, будет слишком мягким выражением; а что у них самих на этот счет составилось определенное мнение – это всем известно на Юконе…»

Аннотация

«…Лоренс Пентфилд и Корри Хатчинсон были миллионерами, хотя никто не догадался бы об этом по их внешнему виду. В них не было ничего необычного – они легко сошли бы за своих в любом лагере мичиганских лесорубов. Но снаружи во мраке, на дне зияющих ям, десятки людей, получавших по пятнадцати долларов в день, дробили каменные пласты, а другие люди крутили вороты, поднимая из шурфов породу, песок и золото. Каждый день золота добывалось на тысячи долларов, и все оно принадлежало Пентфилду и Хатчинсону, которые числились среди богатейших королей Бонанзы…»

Аннотация

«…Есть пословица, что если сойдутся два черта, то ад готов. Этого в особенности можно было ожидать от Батара и Блэка Леклера. Когда они встретились в первый раз, Батар был худым голодным щенком со злыми глазами, и эти глаза тотчас же увидели перед собою жесткий взгляд и оскаленные зубы, потому что и у Леклера губа поднималась совершенно так же, как у волка, и обнажала ряд белых острых зубов. И когда он нагнулся над Батаром и вытащил его из корзинки, в которой визжали щенята, то губа у щенка приподнялась и глаза злобно засверкали. Несомненно, щенок и человек угадали друг друга, потому что Батар в ту же секунду впился в руку Леклера своими маленькими, еще молочными, клыками, а Леклер с помощью большого и указательного пальцев стал хладнокровно выжимать из него молодую жизнь…»

Аннотация

«…Я с самого начала умываю руки. Не я, а он все это сочинил, и я не собираюсь отвечать за его рассказ. Заметьте, я делаю эти предварительные оговорки, чтобы никто не усомнился в моей честности. Я женат, достиг кое-какого положения, и, чтобы не опорочить доброе имя людей, чье уважение я имел честь заслужить, и не повредить нашим детям, я не вправе рисковать, как когда-то, с юношеским легкомыслием и беспечностью утверждая то, в чем не уверен. Итак, повторяю, я умываю руки, снимаю с себя всякую ответственность за этого Нимрода, могучего охотника, этого нескладного, веснушчатого, голубоглазого Томаса Стивенса…»