ТОП просматриваемых книг сайта:
Путь Люцифера. Угрин Попович
Читать онлайн.– Да?
Во-первых, на эти фотографии я буду смотреть всегда и во-вторых, что так же важно как и первое – это то, что Ницше не мог по-другому жить, не хотел. Это была его жизнь и он сам превосходил амбицию, ради ее продления. Он являлся ценностью сам по себе и как таковой, без потребности быть подтвержденным или опроверженным другими. Это то, что я должен себе непрестанно повторять и пока этого не пойму – буду оставаться лишь одной амбициозной посредственностью. В общем, это и есть мой самый большой страх!
– Что?
– То, что я – посредственность! – исповедался я, наконец.
– Эта старуха точно была посредственностью, – окончил я свое воспоминание констатацией старухи на кружевной подушечке. Или не была ею, потому что была пионером развития. Все же я смотрю на нее, понимая отношение человечества той эпохи к достижениям будущего. Вижу неслаженность нового и старого, выражаемую этими морбидными фотографиями трупов как и далее живых людей.
На следующей фотографии представала женщина неопределенных лет, тот тип женщины, которой не можете определить насколько она стара, учитывая то, что никогда не была молодой. Ни уродливая – ни красивая, ни старая – ни молодая, она лежала в кровати с какой-то испуганной гримасой. С зажатой в судороге ладони свисали четки. Крест располагался на месте, где переплетались пальцы, образовывая целостность, на которой и находился тот крестик. Покойница была медицинской сестрой, а пострадала она от тифа во время гражданской войны в Америке, пока ухаживала за тифусными солдатами. Эта фотография была на самом деле знаком благодарности. В отличие от других фотографий, эта выражала смерть. Не было тут никакого притворства жизни. Доза искренности в этом морбидном романтизме нагнала на меня немного тоски. Разве что-то очевидное имеет ценность? Да, поэтому, наверное, мы и начинаем ценить то, что имеем – только тогда, когда это потеряем, когда это перестает для нас быть очевидным. Когда из сферы подразумеваемого перерастет в степень желаемого. Лишь тот, кто стирает вручную – хочет стиральную машину как неожиданное спасение всех тех часов, которые унесло белье. Для всех других стиральная машина – подразумевается.
В конце-концов я возвратился в сферу романтизма. Передо мной была фигура элегантной молодой женщины, отдыхавшей в кресле. В руках она держит книгу, а ее взгляд задумчиво гуляет. Одна ее нога находится на спинке, другой она касается пола. Шедевр! Внизу на фотографии было представлено «убийство» той байки – строки с объяснениями фотографии. Это была супруга какого-то благополучного промышленника в то время, она умерла на своем двадцать четвертом году жизни от туберкулеза. За собой оставила двух девочек. Один ребенок умер через несколько дней после рождения. Был мужского пола. Выражает ли эта романтичная картина ее образ жизни или это лишь оглядка на то, какую жизнь она желала. Имела ли ее через те книги? Я не мог докумекать о каком виде книги идет речь. Что было популярно в то время? Какой-то криминал, любовный роман… приключения о неисследованных странах? О чем та женщина мечтала, порабощенная пленом выборов, сделанных другими вместо