Скачать книгу

в стороне, на пригорке, денщик ротного чистил барский гардероб.

      Ротный, в халате и туфлях, стоял тут же, покуривая и покрикивая на денщика.

      Все то же, что Огнев видел в лагере на Франкфуртских холмах каждый день уже в продолжение целой недели.

      Откуда-то из 3-й роты доносилось:

      – Скуси патрон, чтобы в зубах осталось немного пороху, всунь в дуло и прибей шомполом. Прибивай одним махом, а не так, как другой: возьмет и толчет, ровно крупу в ступе. Понял?

      Это дядька обучал молодых, как заряжать фузею: в полках третья часть солдат была не обучена как следует.

      «Все то же!.. Разве заснуть?» – подумал Огнев.

      Но в это время его кликнул Егор Лукич:

      – Огнев!

      – Я тут, дядя Егор! – вскочил Огнев.

      – Сбегай, Ильюха, за водой. Глянь – Иванов опять тартофелю раздобыл! – сказал Егор Лукич, когда Огнев прибежал к капральской палатке.

      Ильюха кинулся за башмаками, но капрал остановил его:

      – Да беги босиком! Беги так!

      Ильюха схватил котелок и побежал знакомой дорогой к ручью.

      Апшеронцам, которые стояли на краю горы Большой Шпиц, против деревни Кунерсдорф, было сподручнее бегать за водой в деревню. Она лежала справа, между Большим Шпицем и Мельничной горой. В Кунерсдорфе были колодцы и три больших пруда. Но кроме апшеронцев и ростовцев, палатки которых расположились еще левее, ближе к оврагу, в деревне брал воду весь правый фланг, весь корпус князя Голицына. Помимо того, у деревни, на выгоне, разместился корпусной артиллерийский полк. Вся деревня была полна фузилерных и фурштатских служителей[9], фурлейтов и денщиков; всюду мелькали красные с черными обшлагами кафтаны артиллеристов. В больших кунерсдорфских прудах целый день купались солдаты, здесь же купали лошадей, стирали белье, мыли палубы и телеги.

      К колодцу тоже было не протолкаться.

      Ильюха решил бежать налево, на другой конец Большого Шпица, к ручью. Сюда собиралось меньше народу: вода в ручье была ржавая, болотная, берега – топкие.

      Но Ильюхе вода нужна была не для щей, а только лишь для того, чтобы сварить эти «чертовы яблоки», как называли солдаты картофель.

      Огнев здесь впервые увидел диковинный овощ. Картофель понравился ему.

      Ильюха готов был один съесть полкотелка, если бы Егор Лукич не покрикивал.

      И как тут было не любить картофеля, когда изо дня в день варили пустые щи из лебеды и крапивы да одну и ту же ячменную кашу.

      До смерти надоело! Правда, кроме водки и хлеба, каждому мушкатеру полагалось еще в день два фунта мяса. Да откуда его возьмешь! Только в обозе, где резали упряжных быков, которые от бескормицы и худых дорог ежедневно падали десятками, ели мясо. Было оно и в офицерских котлах. Но в мушкатерских – не случалось. Оттого мушкатеры рады были картофелю.

      Хотя у Франкфурта стояло больше сорока тысяч русских и около двадцати тысяч союзников австрийцев и солдаты хорошо наведывались в поля и огороды форштадта, окрестных деревень и мыз, но тороватый мушкатер

Скачать книгу


<p>9</p>

Ф у з и л е р – мушкатер, фурштатский – обозный.