ТОП просматриваемых книг сайта:
Москва – Испания – Колыма. Из жизни радиста и зэка. Лев Хургес
Читать онлайн.Название Москва – Испания – Колыма. Из жизни радиста и зэка
Год выпуска 2012
isbn 978-5-9691-0728-1
Автор произведения Лев Хургес
Жанр Биографии и Мемуары
Не спрашивая, куда ехать (это было понятно из карты в соседней комнате), я спросил только: когда?
– Завтра! – ответил Абрамов.
Как принято в столь неожиданных случаях, я первым делом почесал затылок, а потом ответил Абрамову, что несколько причин мешают мне немедленно ехать на задание.
– Какие? – поинтересовался Абрамов.
Я рассказал, что имею правительственное задание по обеспечению Ленинграда матрицами газет на время Чрезвычайного VI Съезда советов и без разрешения начальника ГУГВФ Ткачева бросить эту работу не могу.
Абрамов тут же (около часа ночи!) снимает трубку телефона, набирает какой-то номер:
– Ткачев? Здравствуйте, это Абрамов. Да-да, тот самый. У Вас работает в Управлении связи инженер Хургес. Я его с завтрашнего дня забираю. Нет-нет, он мне очень нужен. Вы обойдетесь, найдете другого. Спокойной ночи, извините, что поздно потревожил.
Кладет трубку и обращается ко мне:
– Завтра можете на работу не выходить.
Ошеломленный, я сидел на стуле. Считать этот разговор мистификацией не было оснований. Но какими же полномочиями обладал этот человек, если он так разговаривал с деятелями ранга наркомов?
(Между прочим, читая как-то судебный отчет по делу Бухарина, Рыкова, Ягоды и других в 1938 году, я узнал, что по этому делу проходил и Миров-Абрамов, который был якобы связным между Ягодой и Троцким. Часто бывая за границей, Абрамов передавал Троцкому крупные суммы денег. Впоследствии, еще задолго до прочтения этого отчета, я узнал, что в 1937 году как сам Абрамов, так и его жена Ольга Мирова[101] – корреспондент ТАСС в Испании, были арестованы и пали жертвами культа личности Джугашвили).
Затем я вспомнил, что в порядке общественной нагрузки я собирал средства в Фонд помощи испанским детям и завтра должен был внести деньги в кассу. Абрамов мне не разрешил этого сделать, но обещал сегодня же отправить их по назначению с курьером (благо, деньги со всей документацией были у меня в кармане).
После этого он спросил, что еще может меня задерживать в Москве? На слова о необходимости защитить дипломный проект в институте он улыбнулся: в случае моего благополучного возвращения, сказал он, мне будет оказана полная поддержка (что и произошло – правда, с опозданием на двадцать лет и без участия его ведомства).
Когда я ему сказал, что на моем иждивении находятся престарелые отец и мать, он молча достал из ящика стола лист бумаги, что-то на нем написал и, протянув его мне, сказал: «Если согласны, подпишите». Я прочел: «Прошу на все время моей командировки, а в случае моей гибели пожизненно, выплачивать моим родителям (следовали их полные данные и адрес) по 400 рублей в месяц[102]». На его вопрос: «Хватит?» – я только молча пожал плечами и подписал бумагу.
Мне и в голову не пришло попытаться, используя такое чрезвычайное положение, получить еще какие-либо материальные привилегии: Абрамов,
101
Неточность: Мирова Елена Георгиевна (1899–1938), расстреляна.
102
В то время это было вдвое больше, чем персональная пенсия.