Скачать книгу

и отвечал, что без танцоров пляс не пляшут; но, когда он запел, я увидел, как знатные старики, ни разу в жизни не бравшиеся за совместный труд, раскачиваются на своих сиденьях, словно гребцы. Эти его песни были знамениты; во всех землях, подвластных ахейцам, цари, замыслив великую стройку, посылали за ним – чтобы задать ритм работникам и осенить стены удачей. После его смерти искусство это утрачено; простонародье считает, что камни поднимались по его слову.

      Настало время наделить его дарами. Дед подарил сказителю красивую брошь, мать вынесла тяжелый пояс, украшенный золотом, вполне годящийся и для царя. Он научил меня столь многому, что я решил сделать ему необычайный подарок – так я расстался с черным кольцом, одной из лучших своих драгоценностей. Оно было сделано из благородного металла, добытого в далекой земле; тяжелое и столь прочное, что и бронзовый меч не мог оставить на нем следа. Приятно было видеть, что мой подарок порадовал его – ведь золота наш гость получил достаточно.

      Сперва мать, а потом дед, собрав своих людей, отправились спать. Рабы разобрали столы и внесли постели для холостых мужей. Я убедился, что аэд удобно устроился, и спросил, не нужна ли ему женщина. Он отказался и ответил, что будет спать. Потом я вышел во двор. Ночь была ясной, возле зубчатого края крыши чернел закрывавший звезды силуэт часового с копьем и рогом. Позади, в зале, знатные воины устраивались с пленницами, взятыми мечом или купленными; желающие компании молодые люди обычным образом искали друг друга. Мимо меня прошла знакомая девушка; она принадлежала матери и в тот вечер сидела возле ее кресла. Подбежав, я обнял девицу за талию. Она лишь отталкивалась ладонями. Мы возились, негромко пересмеиваясь, и она сказала:

      – Будь что будет, но ты погубишь меня.

      Мы вошли в чертог, как раз когда задували последние факелы.

      Потом я спросил ее – так, чтобы никто не мог услышать, – о чем говорила мать, награждая аэда. Но она уже придремывала и не хотела просыпаться, а посему отвечала, что не помнит.

      Глава 4

      Уходившая в предрассветной тьме девушка разбудила меня своими движениями. Мне как раз снился сон, и, проснувшись, я вспомнил его. Я видел святилище гиперборейцев: огромные подъемные машины вырисовывались на фоне серого неба, вставали огромные камни, и цари наваливались на рычаги. И тут меня осенила посланная богом мысль.

      Я поднялся и отправился на двор дворцового дровосека. Рассвет едва брезжил, даже рабы еще не шевелились, лишь в полях уже появились люди. Пожалуй, было еще темновато, чтобы отыскать необходимое; однако следовало все принести с собой, ибо никто не осмелится поднять топор на дубы Зевса. Я нашел короткую и толстую жердь, еще две подлиннее и заострил их концы. Потом связал бревна и, неловко пристроив у себя на плечах – поскольку не привык переносить тяжести, – отправился к дубраве.

      Когда я поднялся вверх по ущелью, рассвет уже обагрил небо. Добравшись же наконец до рощи, я увидел, что алтарный камень весь раззолочен блестками – словно одеяние кифареда. Опустив на землю свою ношу, я вознес

Скачать книгу