Скачать книгу
проектам сотрудничества и держалась от них подальше. К середине 1990-х российские женские группы начали официально оформляться и объединяться. Это происходило отчасти в преддверии предстоящих выборов
39, отчасти ради усиления интеграции этих групп в глобальные феминистские движения и кампании. В рамках подготовки к Четвертой Всемирной конференции ООН по положению женщин, состоявшейся в Пекине в 1995 году, для повышения авторитета женских групп поощрялось (и финансировалось) их официальное оформление и формирование из них сетевых сообществ. Пекинская конференция стала поворотным моментом для российских женских организаций. Она ознаменовала выход российских женщин-активисток на международную арену. Их участие в конференции было спонсировано международными организациями. В 1994 году Валентина тоже участвовала в этой инициативе под руководством Москвы, основав АНЖИ (Ассоциацию независимых женских инициатив), общественную организацию, в которой она и ее коллеги-активистки объединились с двумя другими местными женскими группами. Однако Валентина упорно отказывалась регистрировать «Женский свет» в местных органах власти, предпочитая, чтобы ее группа оставалась местным клубом, неформальным пространством. Понимая необходимость создания временных союзов, Валентина с осторожностью относилась к унификации, происходящей в связи с процессом установления новой иерархии и атмосферой конкуренции между группами. Она объясняла мне, что всегда рассматривала свою
общественную (волонтерскую) работу как способ сопротивления формализации. Так можно было избежать собственнических претензий или компрометирования себя принадлежностью к структуре. Она говорила о себе: «Я как кошка, гуляю сама по себе» (я независима, как кошка). Она утверждала, что единство имеет смысл только при решении конкретных вопросов. Ее стремление работать неформально и держаться на критическом расстоянии от мира грантов и финансирования, в который вошли женские организации, было мне понятно и казалось совместимым с моими собственными взглядами. Важно отметить, однако, что у меня были совсем другие причины, чтобы занять критическую позицию в отношении происходящих процессов, за ней стояла критическая парадигма – сила/знание и критика западного капитала. Позиция Валентины была другой. Когда в июле 2004 года я поделилась с ней своими выводами, Валентина подчеркивала, что ее нежелание заниматься грантами и финансированием вызвано не столько критикой западной помощи, сколько тем, что она назвала «психологическим дискомфортом». Она объяснила, что не считает свою деятельность «работой» и, следовательно, оплачивать ее смысла не имеет. Красноречивое свидетельство присущих советской культуре представлений о деньгах, нравственности и труде! Улыбаясь, Валентина назвала свой подход «анахронизмом», не идущим в ногу со временем, но добавила, что для нее он останется таким и в дальнейшем
Скачать книгу