ТОП просматриваемых книг сайта:
Повесть о преждевременном. Авантюрно-медицинские повести. Виктор Горбачев
Читать онлайн.Название Повесть о преждевременном. Авантюрно-медицинские повести
Год выпуска 2010
isbn
Автор произведения Виктор Горбачев
Жанр Современная русская литература
Издательство Accent Graphics Communications
Резолюция
«Быть посему, но рядового Геккерена как не русского подданного выслать с жандармом за границу, отобрав офицерские патенты. Николай. Санкт-Петербург, 18 марта 1837».
«Простреленным солнцем» назвал Пушкина известный поэт Кольцов…
Александр Блок написал как за нас за всех:
«Наша память хранит с малолетства весёлое имя: Пушкин. Это имя, этот звук наполняет собою многие дни нашей жизни. Сумрачные имена императоров, полководцев, изобретателей орудий убийства, мучителей и мучеников жизни.
И рядом с ними – это лёгкое имя: Пушкин.
Пушкин так легко и весело умел нести своё творческое бремя, несмотря на то, что роль поэта – не лёгкая и не весёлая; она трагическая…»
Ну, а Наташа…
Тонка, бледна, застенчива —
Мадонна,
Как будто бы сошедшая
С холста.
А сплетни, анонимки —
Всё законно:
Всегда их привлекала
Красота.
Но повторять наветы
Нам негоже.
Забыли мы,
Что, уходя с земли,
Поэт просил
Наташу не тревожить —
Оставим же в покое
Натали…
Глава 8. «Где слово царя, там и власть, и кто скажет ему: «Что ты делаешь?»
Оставшиеся, как мы помним, до поры до времени сомнения и вопросы въедливого школяра Шуры Чижевского по поводу намеренного искажения и фальсификации истории Руси настойчиво напомнили о себе теперь, десять лет спустя.
Школяр, правда, к этому времени уже превратился в молодого профессора Александра Леонидовича Чижевского, но менее въедливым от этого вовсе не стал, а скорее даже наоборот.
Посему при изучении жизни Пушкина сомнения и подозрения о переписанной истории Руси обуяли его с новой силой.
Резануло, как по-живому: верноподданному придворному поэту, первому поэту России император поручил сказать своё слово о важнейших событиях отечественной истории, а его не допустили до всех архивов.
Александр Сергеевич занимался историей Пугачёва по прошествии тогда всего-то шестидесяти лет после бунта. Дело, однако, было обставлено так, что, вроде как никакого бунта и не было, и нет, стало быть, никакой истории.
Материалы Пушкин собирал, хоронясь, якобы для написания истории Суворова…
Дело о Пугачёве в архиве среди прочих тайных документах «…доныне нераспечатанное», – писал Пушкин в предисловии к «Истории Пугачёва».
Пушкин, как хищник, ходил около бумаг Петра Первого, Пугачёва, Павла, Екатерины Второй… Не раз и не два намекал он Николаю Первому, что есть много загадок, но тот делал вид, что не понимает, о чём речь.
По окончании работы