ТОП просматриваемых книг сайта:
Жестокеры. Алиса Рува
Читать онлайн.– Свои песни.
Я в недоумении посмотрела на Дима.
– У меня нет никаких «своих» песен.
– Гитара есть, значит, и песни появятся! – без тени сомнения сказал мой неисправимый оптимист и улыбнулся мне своей солнечной, подзадоривающей улыбкой.
***
Слова Дима о моих собственных песнях еще тогда побудили меня попробовать написать свои стихи. Я мечтала с гордостью преподнести их Диму, чтобы он полюбил меня еще сильнее. У меня все получится, верила я. Ведь у меня «есть содержание», как говорила Нонна Валерьевна, а значит, оно должно во что-то вылиться. А моих переживаний хватило бы на целый сборник! Так мне казалось тогда.
С энтузиазмом подошла я к этой нелегкой задаче – стихосложению. Я прилежно корпела над тетрадкой. Но, промучившись пару дней, поняла: хоть рисую и пою я действительно неплохо, но как поэт – совершенно никуда не гожусь. У меня совсем не получалось рифмовать. Впрочем, я не расстроилась из-за этой неудачи. Я быстренько уничтожила все, что успела написать, и отправилась гулять с Димом. Ведь он итак любит меня сильнее некуда, несмотря на то, что я не поэт.
Теперь я поняла, почему в тот раз у меня не получилось, как у Цветаевой, «выдышаться в стих».Тогда я не знала, что есть такой жанр – стихотворение в прозе. Или белый стих. Я всегда думала, что непременным условием стихосложения является рифма, и споткнувшись о то, что рифмовать у меня совсем не получается, сразу отступила. У меня были назревшие и готовые вылиться чувства, были сильные образы, но я не могла вместить их в те готовые стандартные стихотворные размеры, которые знала. Я не могла написать свои стихи по принятым правилам и канонам. И вот теперь мои мысли и образы нашли свою форму: свободная от рифм, я легко и быстро, на одном дыхании, словно под диктовку свыше, записала то, что давно назрело у меня в душе. Через неделю после того урока литературы появилось «Потерянное солнце» – мое первое стихотворение в прозе. Это были не те типичные жевачно-розовые строчки, какие мог написать подросток. Вовсе нет. Маленькая комната. Раздраженный человек весь короткий зимний день занавешивает свое окно от непривычно яркого солнца. Он пытается скрыться от света, он жаждет темноты, к которой, как он думает, привык. А когда вечером наконец-то соизволяет открыть шторы, то все, что он видит – это красный полудиск, наполовину скрывшийся за горизонтом. Тогда этот бедный глупый человек осознает, что не ценил и упустил что-то самое прекрасное, светлое и радостное в своей жизни. Он понял это, но понял слишком поздно – закат стал ему приговором.
Тогда это несуразное и до пошлости банальное творение мне совсем не понравилось. Правда, уничтожать его, как свои прошлогодние стихи, я не стала. Благодаря этому написанному стиху я поняла, что свою боль можно не только нарисовать и спеть. О ней можно еще и написать.
В моем дневнике тогда появились строки:
«Я хочу стать больше, чем вся эта ситуация, в которой я волею судьбы оказалась и в которой застряла. Я хочу – с помощью того,