Скачать книгу

анистрой в руке с любопытством смотрел на Андрея. Обнорский огляделся – кроме него и уличного разносчика воды, на крошечном пятачке у Нади Дуббат[1] не было ни души. Солнце, ветер с песком, мрачная пустая улица, вспыхивающая тысячами отблесков от стреляных автоматных гильз, и внимательные черные глаза мальчишки… Аден… Господи, неужели опять Аден?! Это ведь все уже было однажды…

      Обнорский с трудом оторвал голову от нагретой белой стены, привалившись к которой он полусидел-полулежал:

      – Где я?

      Мальчишка, будто не слыша вопроса, продолжал тянуть свое:

      – Выпей воды, палестинец, она сладкая, мой дедушка привозит ее из волшебного источника Бир аль-Айюн[2], тайну пути к которому знает он один. Выпей воды, палестинец.

      – Я не палестинец… Я русский офицер… Помоги мне встать, мальчик.

      Ощущение опасности вдруг затопило Обнорского, он потянулся рукой к лежавшему рядом в нагретой солнцем пыли автомату, но чья-то нога в щегольском высоком офицерском ботинке наступила на ствол…

      Андрей поднял глаза – мальчишка исчез, вместо него перед Обнорским стоял майор Мансур, улыбался недобро, сминая в острые морщины коричневую кожу на своем волчьем черепе:

      – Товарищ Андрей… Как поживаешь? Здорова ли твоя семья?

      Ласково-вежливый тон Мансура плохо вязался с уставившимся Обнорскому в лицо черным зрачком пистолета. Андрей чувствовал, как его тело, закрытое от солнца зеленой палестинской формой, начинает обволакивать липкая испарина страха.

      – Ты удивляешь меня, переводчик. Сначала ты казался мне умнее. Зачем ты вмешиваешься в чужие дела? Абду Салих погиб от несчастного случая и собственной неосторожности – зачем ты хочешь оскорбить память покойного подлым подозрением его друзей? Почему ты надел форму палестинского офицера? Может быть, ты не тот, за кого себя выдаешь? У нас не любят шпионов…

      «Сейчас выстрелит, сейчас…» Обнорский, задыхаясь от слабости и ужаса, на мгновение прикрыл глаза, но через секунду сделал над собой усилие и разлепил веки. Мансур исчез. Вместо него на пустой улице стоял Кука – точно такая же, как у Андрея, палестинская форма красиво облегала его худощавую фигуру. В правой руке Кука держал пистолет:

      – Извини, братишка, – служба. – Кука улыбнулся и выстрелил Обнорскому в голову.

      Время замедлилось, исчезли звуки. Андрей видел, как медленно и бесшумно выкручивается из ствола тупая пуля, как плывет она к его голове… Вспышка, боль, чернота, снова вспышка, снова чернота… Потом под веками в черном киселе начали плавать оранжевые, малиновые и зеленые шары, которые, сталкиваясь, взрывались холодными разноцветными искрами. Откуда-то пришел голос. Знакомый голос. Кто говорит?

      – Не прикидывайся, ты меня узнал. У нас мало времени, слушай внимательно…

      Да, конечно, Андрей его узнал. На пластиковом стуле у его кровати в госпитале министерства обороны НДРЙ[3] сидел резидент ГРУ полковник Грицалюк собственной персоной и по своему обыкновению что-то быстро жевал, не переставая говорить. Слова его журчали и сливались в какой-то гипнотизирующий рокот, до сознания Обнорского докатывались лишь обрывки фраз:

      – …Проявить благоразумие… сложная стрессовая ситуация… неправильные выводы и неадекватная реакция… серьезное ранение, стресс и потеря крови… отсутствие свидетелей… внебюджетное финансирование…

      Грицалюк душил Андрея своим журчащим рокотом. Обнорский, задыхаясь, хватал ртом воздух, как вытащенная из воды рыба.

      – …ненужная драматизация… лишние проблемы… отсутствие выбора… просто забыть… должен согласиться…

      «Должен согласиться? Ни за что! Сволочи!!!»

      – Согласен… – хрипит Обнорский пересохшим горлом. – Дайте воды…

      Грицалюк вскакивает и подбегает к двери в палату:

      – Пропустите к нему водоноса!

      …Снова черные глаза мальчишки напротив.

      – Дай воды, мальчик…

      Мальчишка покачал головой и начал выливать воду из канистры на пол:

      – Ты не палестинец…

      Госпитальная палата исчезла, осталось лишь ощущение обиды и чувство стыда… Пить… Как хочется пить…

      …Свежая, еще не обустроенная могила на Домодедовском кладбище – на самом краю Москвы. Кто здесь похоронен? С фотографии, закрепленной на могильном холме, смотрит Илья. Это его могила. Но почему же тогда он стоит рядом с могилой и смотрит Обнорскому в глаза?

      – Илюха… Ты что, живой?

      Илья улыбается и качает головой.

      – Илья… я обещаю тебе… – Обнорский говорит запинаясь, еле выдавливая из себя слова.

      Илья предостерегающе вскидывает руку:

      – Запомни, Андрюха, ты мне ничего не должен…

      Обнорский задыхается от жажды, язык царапает гортань, слова обдирают горло наждачной бумагой:

      – Ты спас

Скачать книгу


<p>1</p>

Нади Дуббат – Клуб офицеров (арабск.).

<p>2</p>

Бир аль-Айюн – Колодец глаз (арабск.).

<p>3</p>

НДРЙ – Народная Демократическая Республика Йемен.