Скачать книгу

      Михаил Успенский

      Белый хрен в конопляном поле

      Если спросите, откуда

      Эти сказки и легенды,

      Я отвечу очень просто,

      Безыскусно и доступно.

      Это свалка древних мифов,

      Это кладбище сюжетов,

      Крематорий древних баек

      И увядших архетипов,

      Где изысканная правда

      Бородатых анекдотов

      Столь причудливо смешалась

      С грубой выдумкой суровой,

      А разнузданная скромность —

      С порнографией стыдливой,

      А нечаянная радость —

      С ожидаемой бедою,

      Где и магия доступна,

      И религия забыта,

      И наука постижима,

      И проста литература,

      Между тем как жизнь сплошною

      Представляется загадкой,

      Над которою до смерти

      Бьется сердце человечье.

      Если спросите, откуда

      Эти древние сказанья,

      Я скажу вам, я отвечу.

      Я отвечу:

      ОТ ВЕРБЛЮДА!

      «Каин! Каин! Каин! Спроси брата своего Авеля: не болят ли у него зубы?» – «Нет».

      Так бы у раба Божьего (имярек) не болели.

Заговор на зубную боль

      Ничего нельзя утверждать с уверенностью. Например, мы до сих пор не знаем, действительно ли существовал композитор Глюк или он только примерещился своим современникам?

Доктор Л.С. Ди

      Часть первая

      МУЖИЦКИЙ КОРОЛЬ И ЭЛЬФИЙСКАЯ КОРОЛЕВА

      ГЛАВА 1,

      которая стоит не на своем месте исключительно с целью заинтриговать читателя

      – Эбьен, мон прынц! Де ля хренови! Аля улю, сама рулю. У ково чево боли! Кому ворожи, кому на печи лежи. Тебе калачи, покуль горячи. Врагу – не могу. Врачу – не хочу. Казна скудна!

      Так говорила пятого числа в короеде месяце 1999 года от Восхода известная фрейлина и приближенная королевы Алатиэли, почтенная мадам Инженю, она же бабка Чумазея, всякому встречному и поперечному. Чумазея воображала, что говорит по-бонжурски, как и полагается всякой уважающей себя придворной даме. Она думала, что коли подбирать все слова с ударением на последнем слоге, то и выйдет настоящий бонжурский язык вместо исконного посконского, которому не место при дворе короля Стремглава Первого.

      Фрейлина она была не взаправдашняя, как и большинство придворных, которые тоже не очень-то умели объясняться по-бонжурски.

      Лучше всех владел этим языком сам король Стремглав Первый, но и он был король не взаправдашний, потому что в Посконии никаких королей отроду не водилось, а водились только цари.

      Да он, честно сказать, и царь-то был не настоящий. Разве настоящие цари-короли набирают себе придворных не по знатности рода, а по причине происхождения из одной с ним глухой деревни Новая Карга?

      – Что ты несешь, страшилище преклоннолетнее? – зашипел король, услышав якобы бонжурскую речь. – Какой я тебе прынц? Я тебе, труперда старая, вотр мажести! По-нашему – ваше величество!

      – А по-вашему – наше величество! – не растерялась фрейлина. – Для тебя же, окаянного, стараюсь, чтобы перед послами не опозорить!

      – Я же тебе сказал, под лоскутную юбку роброн не надевать! – простонал король Стремглав Первый. – Не тебе ли для придворного платья отрез неспанской парчи выдали?

      – А вот как проживем всю казну, так и отрез сгодится! – не сдавалась бабка Чумазея. – Пусть в клети лежит – есть не просит!

      – Чего приперлась-то? Пожар, что ли?

      – Супруга твоя рожать изволит!

      ПРОЛОГ

      Три дива водилось в земле, Посконией именуемой.

      Первое диво – что ворота золотые.

      Другое диво – что храмы железные.

      Третье диво – что печи деревянные.

      С тех пор золотые ворота пустили на золотую монету, а золото давно пропили.

      Храмы железные перековали на доспехи да мечи.

      Остались одни деревянные печи.

      Изготовлять их наловчились из лени, поскольку долбить живое дерево много легче, нежели дикий камень.

      Редкие иноземные путешественники, ночуя в ненастье по духовитым избам посконским, отмечали великое чудо: биться в тесной печурке огонь бьется, а вреда ей никакого не причиняет, хотя и тепла дает не слишком много.

      Бывало, просили хозяина продать чудо-печь на вывоз; и продавали, и вывозили, предварительно пометив бревна, как это делают с избами и теремами, желая поставить их на новом месте.

      Но на новых местах деревянные печи горели как миленькие, и оттого всех путешественников с тех пор заранее полагают лжецами,

Скачать книгу