Скачать книгу

встречала у посредственности.

      Чтобы получить признание – надо, даже необходимо, умереть.

      Почему женщины так много времени и средств уделяют внешнему виду, а не развитию интеллекта? Потому что слепых мужчин гораздо меньше, чем глупых.

      – Смесь степного колокольчика с гремучей змеей, – говорила Раневская об одной актрисе.

      Пристают, просят писать, писать о себе. Отказываю. Писать о себе плохо не хочется. Хорошо неприлично. Значит, надо молчать. К тому же я опять стала делать ошибки, а это постыдно. Это как клоп на манишке. Я знаю самое главное, я знаю, что надо отдавать, а не хватать. Так доживаю с этой отдачей. Воспоминания – это богатство старости.

      8 Марта – мое личное бедствие. С каждой открыткой в цветах и бантиках вырываю клок волос от горя, что я не родилась мужчиной.

      Оптимизм – это недостаток информации.

      Актер – не профессия, а диагноз. Учиться быть артистом нельзя. Можно развить свое дарование, говорить, изъясняться, но потрясать – нет. Для этого надо родиться с природой актера.

      Кто-то заметил: «Никто не хочет слушать, все хотят говорить». А стоит ли говорить?

      Я не знаю системы актерской игры, не знаю теорий. Всё проще! Есть талант или нет его!

      Душа – не жопа, высраться не может.

      Воспоминания – невольная сплетня.

      Певице Елене Камбуровой:

      – У вас такой же недостаток, что и у меня. Нет, не нос – скромность!

      Есть же такие дураки, которые завидуют известности.

      Невоспитанность в зрелости говорит об отсутствии сердца.

      Деляги, авантюристы и всякие мелкие жулики пера!.. Торгуют душой, как пуговицами.

      Просящему дай Евангелие. А что значит отдавать и не просящему? Даже то, что нужно самому?

      Куда эти чертовы деньги деваются, вы мне не можете сказать? Разбегаются, как тараканы, с чудовищной быстротой.

      …Весна в апреле. На днях выпал снег, потом вылезло солнце, потом спряталось, и было чувство, что у весны тяжелые роды.

      – Говорят, что артист Н. умер?

      – Умер.

      – То-то я смотрю, он в гробу лежит…

      Ночью болит все, а больше всего – совесть.

      Похороны – это спектакль для любопытствующих обывателей.

      У нее много серого вещества в голове, но это не мозг, а просто каша из непереваренных сплетен.

      Летний дурак узнается сразу же, с первого слова. Зимний дурак закутан во все теплое, обнаруживается не сразу. Я с этим часто сталкиваюсь.

      – Когда выдавали паспорта, можно было назвать любую дату – метрик никто не требовал. Любочка[1] скостила себе десяток лет, я же, идиотка, только год или два – не помню. Посчитала, что столько провела на курортах, а курорты, как известно, не в счет!

      Если вдруг вы стали для кого-то плохим, значит, много хорошего было сделано для этого человека.

      Бывают полные дуры, а бывают худые.

      Критикессы – амазонки в климаксе.

      Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.

      Здоровье – это когда у вас каждый день болит в другом месте.

      Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.

      Цинизм ненавижу за его общедоступность.

      Жизнь – это затяжной прыжок из п…зды в могилу.

      Склероз нельзя вылечить, но о нем можно забыть.

      Старость – это когда беспокоят не плохие сны, а плохая действительность.

Скачать книгу


<p>1</p>

Любовь Орлова.